Фильм этот состоялся совершенно неожиданно и как-то спонтанно. Всё, что будет сказано дальше, не подлежит никакому логическому объяснению, и автор рецензии не несет ответственности за то, что творят киногерои. Как-то раз странноватому французу Тьерри Гетта, обладателю пышнейших бакенбардов, которые и не снились "нашему русскому всему" Пушкину, попала в руки видеокамера. И обнаружилась у нашего героя странная зависимость – снимать в буквальном смысле всё – от безобидных игр детей до собственных походов в ванную. Вскоре будничные дела ему наскучили, и он отправился за своим кузеном, у которого тоже есть зависимость, да только совсем иного рода. Кузен украшает скучные пейзажи городских улиц собственными мозаиками, и вскоре столь необычное и занимательное занятие становится новым объектом страсти Тьерри.

В конце концов, Тьерри засасывает эта бесшабашная тусовка художников, и вскоре до него доходят слухи о загадочном Бэнкси, которого не так-то просто найти. До сих пор никто не знает его настоящего имени, мало кто видел его и уж тем более он не был замечен непосредственно за работой, хотя и оставлял свой след на разделительном барьере на Западном берегу реки Иордан или на стенах разрушенного ураганом Нового Орлеана. Ну, пока рядом не появился эксцентричный Тьерри с камерой в руках и не начал в свойственной манере снимать все подряд. Таким образом, Гетта проник в мир настоящего искусства стрит-арта.

На самом деле с этим фильмом случилась удивительная вещь. Тьерри, обещавший всем гениальный документальный фильм об уличных художниках, в итоге сделал что-то невразумительное и неподдающееся описанию. И вот тогда камера вдруг совершила лихой оборот на 180 градусов, и под прицелом объектива на этот раз оказался сам Тьерри. Да к тому же теперь он сам приобрел популярность еще большую, чем его друзья. Под псевдонимом Мозгоправ он стал подражателем Бэнкси, при этом все его работы были с претензией на звание произведения современного искусства. Бэнкси, сидя на стуле перед камерой, лишь недоумевал и покачивал своей темной головой, полностью окутанной в капюшон. Феномен безумного француза с бакенбардами, сумевшего втереться в доверие к художникам, да еще и обошедшего их всех, так и остался для многих загадкой.

Картина была заявлена, как документальная, и зрители на самом деле верят в эту безумную историю, о том, как кто-то когда-то хотел снять фильм, у ничего не вышло, все его материалы были отобраны, а сам горе-оператор спроважен в большое искусство. Но на самом деле все это больше похоже на хорошо отрепетированный спектакль или даже на хорошо спланированную игру, игроками которой манипулируют. Скорее это модный ныне жанр мокьюментари – ловкая подделка документа. И создателям фильма удается с помощью определенных наборов манипуляций донести свою главную идею о том, что искусство должно быть искренним. Звучит немного наивно, но ведь даже на примере Мозгоправа зрители могут наблюдать, как сиюминутное, высосанное из пальца творчество становится предметом обожания тысяч людей, и, к слову, немалая заслуга в этом в руках у рекламы. Что оказывается важнее: бесплатное художество на стене или наспех скроенная выставка, наполненная заимствованными идеями.

Это хулиганское саморазоблачение при всей внешней простоте, на деле довольно лихо скроено. К финалу повествовательная линия сужается, и мы оказываемся в замкнутом пространстве идеи Тьерри Гетта, человека, явившегося воплощением современного искусства, созданного лишь для наживы и собственного развлечения.