Сначала было яйцо, или курица? Супергерой, или Голливуд? Бутылка, или Хэнкок? Он хамло, он всегда в хлам, но при этом зачем-то помогает обществу, изгоем которого считается. Он уже даже не супергерой, он гипергерой (как супермаркет и гипермаркет) – может делать абсолютно всё, что взбредёт в голову: летать, обгоняя самолёты, бриться ногтем, пить как русский. Но, как и любой асоциальный тип, он незаметно для себя презирает всю систему признания в социуме, да и сам социум, как часть материального мира. Он настолько же далёк от тщеславности, насколько лимонад легче виски. Хэнкок Уилла Смита – "урод", а его врождённый недостаток – идеальность.

В стране победившей демократии (т.е. свободы, страшно регламентированной двумя столетиями законотворческой инициативы) Хэнкок демонстрирует чудеса подлинной свободы, самой разнузданной вольницы, о которой только можно мечтать. И это прекрасно, что такой внесистемный персонаж спрыгнул (и не разбился) с голливудских холмов, на которых становится слишком тесно от героев комиксов. Фильм Питера Берга ("Очень дикие штучки", "Королевство"), кстати, снят не по каким не по комиксам, а по вполне оригинальному сценарию, который большие студии морозили на улице около десяти лет, прежде чем нахлынула новая волна интереса к жанру.

Но пропить такую идею! Конечно, уже были "Майкл" (1996) среди ангелов и "Плохой Санта" (2002) посреди Рождества, но зачем же было придумывать Хэнкока, чтобы потом полфильма его "излечивать" от вредных привычек и, в конце концов, надеть на него очередной костюм супергероя? Почему Хэнкоку попался именно Рэй, специалист по пиару, а не, предположим, юрист, актёр, или, смеха ради, сомелье? Только лишь потому, что они так похожи – оба бескорыстно служат идее, и могут помочь друг другу чего-то добиться в жизни. Рэй учит Хэнкока правильно себя вести, а популярность Хэнкока позволяет Рэю "втюхивать" утопическую идею об объединении корпораций, бесплатно отдающих нуждающимся свои товары и услуги ради всеобщего блага. Джон Хэнкок – экстремист, Рэй Эмбри – коммунист (сильно для США!).

Идею нужно уметь закруглить, на самом деле. Если предлагается сатира на какой-то образ, то давайте сатиру распространим не только на характер, внешность и поведение центрального действующего лица (этого небритого и кривого лица), но и на всю внутреннюю вселенную кинокомикса, с его традициями и стилем. Это значит, что сюжетные повороты нужно выпрямлять и тут же ставить табличку: "в этом месте должен был быть поворот, но не дождётесь". Вроде бы договорились, что у Хэнкока амнезия, он не помнит своего происхождения и жутко тоскует по этому поводу. Но тут же, на пустом месте, возникает интрига – и именно такая, какая только и могла возникнуть в традиционном комиксе. А нужно было не запутывать ("интрига" на латинском), а распутывать. Получается, что Хэнкок ничем не отличается от Питера Паркера, Брюса Уэйна и Тони Старка. С последним он мог бы даже стать отличным собутыльником. А жаль. На тебя, Хэнкок, у нас были большие планы.