Снять живое кино про вечно живого классика?! Если это и выполнимо, то достойно немедленных аплодисментов прямо перед экраном телевизора. Ладони киномана начинают гореть от радостного предчувствия уже при первых кадрах: сцена предложения руки и сердца слишком порывиста, слишком тревожна и слишком музыкальна, чтобы хоть кого-нибудь оставить равнодушным.

Оливия Уильямс с ее задорными ямочками, ироничными бровями и горячим гипертоническим дыханием… А вслед за ней, на подбор, появляются проникновенный Хью Бонневиль, в роли мистера Бриджеса, словно мистер Дарси двадцать лет спустя, Грета Скакки - будто и впрямь задушевная подруга и возлюбленная сестра Кассандра, Филлида Лоу, героине которой по возрасту не полагается говорить ничего, кроме грубой правды, и юная племянница Остин - Фанни Найт, с истинно британским здоровым цветом лица и улыбкой как у Юлии Мавриной из «Писем к Эльзе» (2002)… А еще восторженный библиотекарь Георга IV и зубастый оракул – мадам Бижон).

Биография «первой леди» английской литературы представлена в уместно постмодернистской стилистике, на ощутимом вдохновении от материала (основой которого стали настоящие письма Джейн), под соусом искреннего уважения к аудитории. Зритель пойман в силки и впредь ему остается только трепетать в них в унисон ритму, заданному режиссером и сценаристом, в солнечном сплетении операторской работы и эмоциональной звуковой дорожки. Имя композитора – отдельной строкой: Дженни Маскетт постаралась на славу (жанра саундтрека и свою собственную), сполна отразив горестную истому и сладость переживаемых нами мгновений.

Здесь есть все, что так любят замечать в костюмированных фильмах: старомодные прически и капоры, корсеты и нижние юбки, локоны на ветру и шеи, способные розоветь от волнения и вытягиваться от любопытства. Домашняя утварь в соответствующих интерьерах, плодово-ягодные сборы в старинных склянках и полотнища, вывешенные сохнуть на заднем дворе. Зеленые коридоры регулярных парков и прогулочные тропинки в близлежащих лесах. Камея на тонкой цепочке, которая обязательно перейдет по наследству… Все атрибуты – на месте. Только это не рядовой костюмированный фильм.

Здесь есть все, что так любят смаковать в фильмах по произведениям Джейн Остин: свадьбы, вздохи, влюбленности. Признания, танцы, обеды. Письма убористым почерком, с сургучом, без конвертов. Порядок следования пар «по старшинству». Бесчисленные родственники с узнаваемыми именами или что-то напоминающими судьбами. Откровенность и самоирония. Только это совсем не парафраз известных романов.

Легко поверить, что все так и было… - только это не фильм о конкретной личности. Да, всего через полтора часа мы уже не сможем представить себе иную Джейн, однако, даже если бы главная героиня в исполнении Оливии Уильямс не была Джейн Остин, мы бы все равно приняли все, связанное с ней, близко к сердцу – так близко, чтобы почувствовать чужую боль и переосмыслить свою.

Простор для фантазий и размышлений – самый дорогой подарок, какой режиссер может сделать зрителю. Здесь нет ни навязанных выводов, ни прикрас, ни ярлыков, вроде «только для женщин» или «только для поклонников Джейн Остин». Ничего похожего на манифест запоздалой эмансипации или слащавую оду сентиментализму, никакой половой или интеллектуальной дискриминации. Имеющий уши - да услышит, имеющий глаза да увидит.

Это кино про выбор. Про заветную свободу воли и про человека, у которого хватило храбрости этой свободой воспользоваться. Уж так случилось, что этот человек – женщина начала XIX века, которой пришлось на своей единственной жизни проверить, что такое – выбирать раз и навсегда, а потом прожить это навсегда день за днем, до самого финала. Получить дар свыше и предпочесть ему все остальные возможности на своем пути. Сохранить верность себе, зная, что страдать придется по общим законам.

Ответственность, которую нельзя отменить, проблемы, которые невозможно решить, одиночество, которое не разделить, ни с кем, никогда. А рядом - чужая эгоистичная молодость. Чужие дети, своих никогда не будет. Понимала ли Джейн в полной мере, что такое женское одиночество, когда делала свой выбор? К сорока годам – мы можем быть уверены, поняла. Но не позволила себе жалеть – ни о себе, ни себя. No regrets.

На этом свете мы все получаем не то, что заслуживаем, а то, что выбираем. Испив до дна последствия своих решений, Джейн Остин не отказывается ни от одного из них, в гордыне или гордости своей, выбирая свой путь еще раз. Эта честность по отношению к себе убедительна настолько, что выглядит жестокостью, а рассказанная история напоминает наивным мечтателям, что у любого выбора есть своя цена.