"Далеко, далеко беззаботные дни, / Я смотрю как легко исчезают они", говорится в одной меланхоличной композиции рок-группы "ДДТ", как нельзя лучше иллюстрирующей настроение антропологической драмы Франсиса Юстера. В ней он переживает за человека, расставшегося с духом, за моряка, давным-давно поникшего на берегу, за старика, скорбно скучающего в своём теле. И только живой взгляд, по-прежнему неотразимая улыбка и глубокие морщины на загорелом лице, как меридианы на карте, выдают легендарную жизнь этого человека, его подвиги и романы со стальными кулаками и мягкими объятиями. Жан-Поль Бельмондо доказывает, что всё-таки он особенный актёр, мужик и француз.

Камера не в состоянии отвернуться от него, заворожённая элегией мудрости и демонстративным чувством собственного достоинства. Таких людей уже не выпускают. Забираясь в полосу пожилого возраста, они становятся только обаятельнее, притом, что и мир устал от них, и они – взаимно. Так всегда бывает, когда озаряешь лучшие годы самым ярким пламенем, оставляя за скобками воспоминаний пепел ответственности и неистовых эмоций. Бельмондо на восьмом десятке, разумеется, уже не играет, а существует в кадре, заполняя его до самых краёв, и временами выплёскиваясь через край – когда чрезвычайно трогательная сюжетная основа позволяет заподозрить себя в эксплутационности.

Авторы переписали сценарий классического добра Витторио де Сики "Умберто Д." (1952) с его легендарными непрофессиональными актёрами и социальной правдой о народной нищете. Однако, чёрно-белая симфоническая проза о пенсионере и его любимой собаке, выгнанных хозяйкой на улицу, превращается в прощание Профессионала с профессией и в целом проводы французского кинематографа второй половины прошлого столетия. В эпизодах можно опознать 88-летнюю Мишлин Прель, 87-летнего Жана-Марка Тибо, 83-летних Робера Оссейна и Эмманюэль Рива, 76-летнюю Франсуазу Фабиан, и также их европейских контрагентов – шведа Макса фон Сюдова и поляка Даниэля Ольбрыхски. У всех свои проблемы и счёты с жизнью.

"Мне вот никто не помогает, у меня нет ни сына, ни брата, я обычный никчёмный старикашка – Умберто Доменико Феррари", представлялся герой первоисточника, под влиянием и высокоморальных принципов, и жестоких обстоятельств посматривавшего в сторону железной дороги и быстро проносящихся по ней поездов. Без вины виноватый страдалец. С Бельмондо всё иначе. В сегодняшнем Париже его персонаж, несомненно, нашёл бы и кров, и опеку, но разве нужно проходить этот бесталанный и затянутый ритуал встречи собственной смерти Измаилу, на ночь читающему "Моби Дика"? Герою неуютно стареть, так он прощается с собой, теряет себя с каждым новым днём, пока однажды не утратит вовсе.

А рядом его собака, на которую больно смотреть – беззаботный весельчак, опора и последний друг, не подозревающий о чрезмерной сложности нашего отношения к судьбе. Именно за те качества, что демонстрирует он в фильме, зороастрийцы считали собаку вторым по святости существом после человека. Так что Бельмондо пытается просто исчезнуть, не причинив никому неудобств, оторваться в космосе от всех привязанностей, еле удерживающих его от новой роли в эссенции бытия. От всех, включая служанку-арабку в исполнении Афсии Эрзи, "сезароносной" приёмной дочки ресторатора из "Кус-куса и барабульки" (2007), и зрителей, которым остаются все 95 ролей, благодаря которым авантюриста Жана-Поля Бельмондо носили на руках. Вот это человек. Вот это его собака.